Публикация № 859Кожеозерский монастырь    (рубрика: История края)

В.В. Киселёв

Кожеозерский монастырь

*

Кожеозерский монастырь в ранний период своего существования (Копия с оригинала, выпущенного в С. Петербурге в 1854 г.) рис. В.В. Киселёва

Богата и прекрасна наша северная земля. Проплывая по реке Онеге на белоснежном теплоходе или на лодке, открываешь для себя всё новые и новые неповторимые места. Словно шлёмы великанов, возвышаются над вершинами косматых елей островерхие купола древних церквей. А сколько их стоит в стороне от больших дорог - немых свидетелей ушедшей старины.

На берегу глухого таёжного озера, у истока реки Кожи, застыли каменные стены некогда богатого и знаменитого Кожеозерского монастыря. Через его историю, словно через призму времени, преломляется почти вся история нашего государства, начиная со второй половины шестнадцатого века.

Иван IV, прозванный в народе Грозным, возвращается из успешного похода на Казань. В длинной веренице пленников идёт и татарский царевич Турсас Ксангарович. Об этом узнает боярин Плещеев, а так как он был женат на астраханской царевне Ельякше, родственнице Турсаса, то укрывает последнего в своём доме от царского гнева.

Борясь со своеволием бояр-княжат, Иван Грозный делит русское государство на опричнину и земщину. Особый царский отряд опричников лютует по стране, хватает правого и виноватого. Испугался боярин Плещеев и за свою жизнь, опасно стало держать в своём доме татарского царевича, и он выгоняет его на улицу, насильно перекрестив в православную веру под именем Серапиона, чтобы тот не помер с голоду, перебиваясь христовым именем.

Четырнадцать лет с посохом странника Серапион бродит по стране. Всюду видит он разорение и беспросветную бедность. Никто не берёт его на работу, один вид не внушает доверия. С таким же странником Нифонтом пришел Серапион на Коже-озеро, оба объявили себя «божьими подвижниками».

Что же заставило их поселиться в столь уединенном месте? Богатые рыбой озера и озерки, непуганые зверь и птицы, несметные кладовые ягод и грибов привлекли не только их. В первые же годы в это смутное время «братия» быстро увеличивается за счет новых пришельцев. Прикрываясь духовным именем, решили они обосновать здесь обитель или пустынь.

Нифонт отправляется в Москву просить утверждения избранного места для основания обители. Трудность пешего перехода, преклонные годы и частые посты подорвали силы посланника, едва добравшись до Москвы, он скончался.

В это время в «пустыне» начался голод, и Серапион вынужден, был выйти на реку Онегу просить милостыню у местного населения. Однажды ему дали зерновой хлеб и жернова, которые старец и перенёс в обитель через топи и болота на своих плечах более чем за 60 километров. Благодаря этой помощи, голод утих, и теперь уже Серапион отправился в Москву с просьбой об устроении обители и пожалования ей земли.

К этому времени в припадке ярости во время игры в шахматы скоропостижно скончался Иван IV. На его место заступил недалекий в государственных делах сын Фёдор, а Борису Годунову нужна была поддержка. Ходатайство удалось. Царь пожаловал братии Лопский полуостров и вокруг озера «матерой земли по четыре версты» грамотою от 30 сентября 1585 года.

Возвратившись, Серапион строит два храма: во имя Богоявления Господня и Благовещения Пресвятой Богородицы с приделом. Вместе с братией он развивает бурную энергию по изысканию богатых вкладчиков в начатое дело. Обитель быстро разрастается, обносится стеной и превращается в монастырь. Серапион покупками на 200 рублей сделал значительные по тому времени приобретения земли в деревнях Кернежке, Клещево, Канзапелде и Пияле, небольшие доли в солеварнях и тонях на восточной - Летней стороне Белого моря. Около них рубятся монастырские дворы: «на тоне… келья да поварня, да анбар рыбной, где рыбу солят, да анбар неводной, где сети держат… да банька», - читаем мы в одной из старинных описей.

Сюда к тоням и вареницам селятся крестьяне, привлеченные заработками и надеждами на вольную жизнь, но быстро попадают в монастырскую кабалу. Монастырю принадлежал соляной путь по реке Онеге до деревни Турчасово, где соль в бочках отправлялась вьючным или гужевым путём в город Каргополь. Правда, при этом крестьяне стремились обмануть монастырского приказчика и подмешивали в соль камни «кардеху», «пуда по два и по три и более в рагозину», на что московский царь шлёт каргопольскому наместнику Петру Шенятеву следующие указания: «а которые каргополы и турчасовцы, и порошане, и устьмашане учнут соль продавать с кардехою и ты тех людей велел бы давать на поруки, да и заповедь на них на меня, и на себя велел доплатить по два рубля, рубль на меня, рубль на себя».

Кожеозерский монастырь был не только рассадником христианства на Севере, но и использовался московскими царями как тюрьма для своих противников. В смутное время, придя к власти, Борис Годунов сюда направил побеждённого своего врага князя Ивана Сицкого на вечное заточение, где он и был насильно пострижен в монахи. Справив молебен в честь кончины князя, который был заточён в отдельную келью и заморён голодом, монахи стали хлопотать перед царём о пожаловании реки Кожи для покрытия якобы издержек на похороны князя. Московский двор спешит отблагодарить монахов за верную службу и; удовлетворяет их просьбу. В грамоте от 3 января 1617 года мы читаем, что «которая речка из их же озера течёт, на котором озере монастырь стоит, до устья и по деревню Чижикову... приписать к владениям монастыря».

Правда, через некоторое время монастырь постигает большое несчастье - сгорают оба храма и часть крепостных стен, сделанных из дерева. Но вскоре, получив пожертвование более чем на 600 рублей от различных лиц московского двора, монастырь вновь отстраивается и уже сам за счёт податей с крестьян строит церковь в Кяндской волости.

Наивысшего расцвета монастырь достигает при игумне Никоне, будущем патриархе русской церкви.

Каким образом на Севере оказался Никон, бывший московский священник, нам пока неизвестно. До прихода в Кожеозерский монастырь он был монахом в Анзерском скиту Соловецкого монастыря и изумлял окружающих своим рвением к религии, отбивая до 1000 поклонов в день, но из-за своего крутого и несговорчивого характера вынужден был в скором времени искать другое место. В море его застигла буря. В свете вспышки молнии Никон увидел невдалеке землю, ею оказался каменистый остров Кий. Кое-как высадившись и обретя спасение, он поклялся, что если останется жив, то построит здесь монастырь.

Переправившись на материк, Никон строит пещеру около Кожеозерского монастыря, недалеко от устья р. Виленьги, что впадает в озеро. После смерти настоятеля монахи приглашают его занять освободившееся место. Никон соглашается и активно берётся за расширение монастырских владений.

За те три года, которые он был игуменом, монастырские привилегии удваиваются. За семужью икру, свежемороженую рыбу к столу и дорогую пушнину царь Алексей Михайлович щедрой рукой, не задумываясь, рассчитывался с Никоном целыми деревнями. Так были отписаны монастырю крестьяне Калитинской деревни и лишены своих лучших покосов и рыбных тоней по царской грамоте от 3 мая 1643 года. Настоятель строит один соляной завод за другим и просит царя о беспошлинной продаже двух тысяч пудов соли в г. Каргополе, о чём получает «высочайшее утверждение». Через год монастырь получает право собирать оброк с крестьян с левой стороны реки Онеги по грамоте от 26 мая 1644 г. А дальше - больше: Никон уже требует от царя отдать все семужьи тони в свои руки от д. Чижиково до с. Порог.

Кожеозерский монастырь в XVII веке (рис. В.В. Киселёва)

В 1645 году настоятель начинает тяжбу с одним каргопольским крестьянином, который якобы насильно завладел монастырским двором, и 10 марта 1646 года царь Алексей Михайлович разрешает спор в пользу монастыря. Никон шлёт подарки думным боярам, а те, замаливая грехи, отправляют дорогие вклады в монастырь на помин души более чем на 200 рублей.

Популярности Никона в царской семье послужил весьма интересный случай. Желая знать наперёд, кто же будет наследником царского престола - мальчик или девочка, обратились к Никону. Настоятель заверил, что будет мальчик. «Ясновидство» обернулось тем, что он приглашается в Москву, «духовного ради совета», и становится доверенным лицом царя.

Когда Никон, уже будучи патриархом, начал строительство Крестного, монастыря на Кий-острове в честь счастливого спасения во время бури, то Кожеозерский монастырь оказывал тому всевозможную материальную и финансовую помощь.

С отъездом Никона в монастырских владениях начались «беспорядки». Да это и не удивительно: по стране прошла волна крестьянских восстаний в ответ на усиление крепостного гнёта и глухим отзвуком докатилась до берегов Онеги. «Бесчиния» в монастыре и его: землях продолжались около 20 лет. За это время сменяется шесть игуменов, но; даже частая смена настоятелей не смогла привести; крестьян в повиновение. Они самочинно косили сено на монастырских землях, ловили рыбу, отказывались платить оброк.

Правда, до открытых столкновений дело не дошло. С приходом седьмого настоятеля (Павла) в монастырских владениях был наведён должный порядок. Сюда направляются «на сбережение чернец Иван Салтыков, сын боярский Осип Пирютин и белец Аверечка Москвитин». Авторитет монастыря вновь возрос.

Монастырь продолжает распускать свои щупальца и приобретает за счет пожалованных грамот лесную речку Куросу с покосами, деревню Кянду, «да не велено брать пенных денег с даточных людей» по грамоте от 28 мая 1684 года.

С выходом России к Балтийскому морю значение Севера с его замерзающими портами заметно падает, выработка соли не окупает своих расходов. Все это послужило причиной быстрого упадка монастыря, и он закрывается в 1764 году. Вместо монастыря был сделан приход, да и тот в скором времени закрылся. Деревянные постройки без присмотра быстро гниют, монахи расходятся по другим обителям. В запустении монастырь находился 88 лет. Земли, некогда принадлежащие ему около озера, заселили крестьяне и образовали целую деревню.

В 1852 году монастырь был вновь восстановлен.

Кожеозерский монастырь в XIX веке (рис. В.В. Киселёва)

В ответ на реформу 1861 года волна крестьянских выступлений прокатилась по всей России и, как всегда, царизм ищет поддержки у верного своего союзника - церкви.

По указанию царя соловецкий настоятель Варлаам ищет подходящего человека, который бы посвятил себя восстановлению Кожеозерского монастыря. Такой человек в скором времени находится, им оказался управляющий Соловецким подворьем в городе Архангельске Митрофан. Со своим братом Парменом он активно принимается за изыскание средств на восстановление обители. Богатым вкладчиком оказался один из московских промышленников, который завещал 10 процентов со своего оборотного капитала.

Исколесив пол России, бывая то в Архангельске, то в Петербурге, то в Москве, Митрофан добивается от Государственного Совета открытия монастыря с прежними льготами. Ранее начатая деревянная церковь в 1855 году поднимается на месте сгоревшей, а Митрофан начинает строительство заводика для обжига кирпича. Он уже мечтает о каменном соборе с жилыми постройками.

По царской грамоте 1871 года к монастырю приписываются новые волости по реке Онеге и рыбное озеро Хозьюга. Монастырь был причислен ко второму классу, средствами для содержания было назначено 689 десятин, 1800 сажен пахотной земли, сенокосные земли, даны другие льготы. Число монахов с 15 быстро увеличивается до 100. Над мощами преподобного Никодима была устроена усыпальница, а над гробницею старцев Серапиона и Авраамия - часовня для чтения псалтыря за всех царей, воинов, благодетелей и умершей братии.

Во время упадка монастыря на его землях, как я уже говорил, выросла деревня, в ней проживало более 60 человек. Игумен принимает энергичные меры с целью выселения этих крестьян, которые жили здесь привольно, ловили рыбу, косили сено, разводили скот, собирали дары леса. И вот крестьяне решили препятствовать возрождению монастыря. В то время, когда монахи стояли на молитвах, они выезжали на их тони, косили сено, умышленно похищали домашнюю утварь: топоры, веревки, лопаты и т.д.

Тогда настоятель решил просить у палаты гражданских имуществ о выселении крестьян с монастырской земли. Как всегда, власти были на стороне церкви. Монахи насильно сажают крестьян на подводы и свозят их с насиженного места, при этом уплатив им ничтожную сумму за скот, постройки и инвентарь. Крестьяне, таким образом, были оставлены без всяких средств к существованию.

Для того, чтобы увеличить приток богомольцев и пополнить свои доходы, монахи начинают продавать лес и на вырученные деньги нанимают крестьян на постройку широкой проезжей дороги. Большей частью здесь работали бесплатно приписанные к монастырю крестьяне и так называемые «трудники». Дорога эта до сих пор тянется от монастыря до деревни Корельское вдоль речки Кожа протяженностью более 60 километров. Такая же дорога была начата и в сторону деревни Прилуки, но из-за недостатка рабочей силы осталась незаконченной.

Что же входило в монастырские владения, кто своим потом и кровью поливал церковные десятины, жал, молотил и ссыпал в бездонные закрома зерно, нес последнюю курицу и фунт масла? На основании имеющихся документов к монастырю были приписаны и платили оброк крестьяне из Кяндской, Шелековской, Бирючевской, Владычинской, Городецкой волостей и Турчасовского двора, деревень Кялованга, Клещево, Кернежка, Канзапелда, Пияла, Калитинская и других. Монастырю принадлежало четыре соляных завода, кожевенная мастерская и мастерская по оформлению уже готовых иконописных досок в рамки под стекло.

Храм высокой каменной стеной не обносился, была лишь построена деревянная ограда и массивные въездные ворота с часовней наверху. Лопский полуостров соединялся с «матерой землей» узким перешейком. Глубокие воды озера и узкий перешеек служили естественными преградами в случае нападения неприятеля.

Поздние постройки в большинстве были из кирпича и хорошо сохранились до наших дней, Согласуя композицию храма с окружающей средой, автор (мы знаем только его инициалы «3.А.К.») не стремился сделать его вычурным, кружевным. Своей простотой в линиях постройки гармонично сливаются с суровой северной природой.

Кожеозерский монастырь сыграл в начале своего существования положительную роль: способствовал освоению природных богатств Севера, развитию ремёсел, сам вёл обширную торговлю. На основании пожалованных грамот царями в различное время монастырю принадлежало по неполным данным более 600 крестьян. Хотя на Севере и, в частности, на реке Онеге не получило распространение крепостное право, Кожеозерский, Крестный, Соловецкий и другие монастыри были оплотом самодержавия и справлялись со своими обязанностями не хуже титулованных феодалов в Русском государстве.

Окончательно монастырь закрывается летом 1918 г. Завершу свой рассказ советом туристам: навестите монастырь, он произведёт на вас неизгладимое впечатление. Таких памятников старины на Севере немного.

Советская Онега // №64, 20.05.1973; №66, 02.06.1973; №67, 05.06.1973

В.В. Киселёв






  редактор страницы:


  дата последнего редактирования: 2015-11-11





Воспоминания, рассказы, комментарии посетителей:



Ваше имя: Ваш E-mail: