Публикация № 1302Ширяиха    (рубрика: История в лицах)

Т. В. Ажгибков

Купец Дружинин

Каменный особняк В. А. Дружинина в Ширяихе. В наши дни здесь располагается администрация Ошевенского сельского поселения. Фото Евгения Зыкова, 2020 г.

Многие ошевенские крестьяне и ремесленники жили сравнительно богато. И строили себе просторные большие дома с хлевами, амбарами, сараями. Строили основательно, на столетие, и таких домов на Погосте и в Ширяихе сохранилось много. Дед и отец Василия Алексеевича Дружинина были мастера-кожемяки, покупали кожи, овчины, выделывали их и выгодно продавали. Василию Алексеевичу досталось большое наследство, и он развернул своё дело — торговлю. В Ширяихе имел просторный деревянный дом. Рядом построил двухэтажный каменный с роскошным для деревни магазином городского типа. Когда я впервые тринадцатилетним «шекоемовцем»1 вошёл в этот магазин (уже кооперативный), то был удивлён: пол под ногами был в клетку из плит желтоватой и розовой расцветки. «Паркет» — так в моём словаре появилось впервые это слово. Через улицу Дружинин отгрохал высоченный длинный склад. Сейчас в нём два этажа и два магазина: внизу «Хозстройтовары», наверху — «Промтовары» (лестница к входной двери снаружи).

Дело Василий Алексеевич вёл расчетливо, хватко. Сам ездил закупать оптом товары (подешевле!) в Иваново и Нижний Новгород. В Няндому товары прибывали поездом. А оттуда в Ширяиху возили «гужом», то есть на подводах. А так как Дружинин платил хорошо, то ширяинские и погостинские мужички охотно ездили «в извоз».

На кладбище на Погосте Василий Алексеевич поставил рядом с плитой, что лежит на могиле его первой жены, три мраморных памятника. Вероятно, он увековечил так память отца, матери и ещё кого-то из близких родных. Ни одного памятника не сохранилось. В тридцатые годы, когда под руководством Емельяна Михайловича Ярославского шёл по всей стране погром православных церквей, когда взрывались и разрушались храмы — чудеса архитектурного искусства, разве могли сохраниться памятники какого-то купца? Я был на кладбище Прилукского монастыря. Уничтожены все. Дважды был на кладбище Новодевичьего монастыря. Та же картина. Кажется, сохранился лишь мраморный памятник историку Н. М. Карамзину.

У Дружинина, которого почему-то прозвали Козыревым, были свои земли. Но самому ему работать на них не приходилось. Работали батраки. Один из них, ссыльный из Молдавии по фамилии Готлиб, долгие годы трудился на купчину. А в 1926 году был взят в ШКМ, как отличный столяр, преподавателем по труду в столярную мастерскую, и мне привелось учиться у этого мастера.

Козырев имел магазины в Архангело, Волосове, у Троицы и в Пресленихе. И успевал всё видеть, всё проверять, всё учитывать. Был он, конечно, человеком дела, или, по-современному, бизнесменом (словечко раболепно принято из английского языка). У Дружинина рано умерла Глафира — первая жена. Похоронил её на кладбище Погоста. Синеватого гранита плита длиной 1 метр 20 сантиметров на могиле Дружининой лежит и теперь там. Во всю длину плиты выпуклый крест, но нет ни одной буквы или цифры. Впоследствии Дружинин женился на другой, на Анне Алексеевне. Она иногда сама торговала в магазине в Ширяихе. Кроме неё, торговали еще два молодых парня — приказчики Кормилин и Чурилов. Жительнице Погоста Варе Поповой было шесть лет, но она хорошо помнит свадьбу Дружинина на Анне Алексеевне. Венчание было в монастыре. Жених приказал построить у моста на въезде на Погост украшенные ворота. И когда тут остановили свадебный поезд женщины с песнями, всем были розданы пакеты с подарками, а в них сиропное печенье, пряники, орехи и конфеты. Ну, а мужики остановили поезд на въезде в Ширяиху. Им что надо в подарок? Водку! И они тоже были одарены щедро. Происходило это в 1897 году.

Деньги в конце XIX — начале XX века были очень дорогие. Головной женский платок стоил 7 копеек, ситец — 13-14 копеек аршин (72 сантиметра), а другие дорогие ткани — не более 20 копеек за аршин.

Склад купца Дружинина (ныне - магазин). Фото Евгения Зыкова, 2020 г.

Василий Алексеевич Дружинин был попечителем школы. Он приходил к ученикам и спрашивал, кто в чём нуждается. Записывали, а потом в виде подарков вручали вещи детям. Девочкам, которые ничего не просили, давали по головному платочку. А вот на Рождество и Пасху делались пакеты с подарками, обычно это были сладости. На Рождество купец приглашал детей приходить к нему и христославить. Ходили, и все получали по подарку.

У Козырева была сестра Вера Алексеевна. Она не вышла замуж, и долгие годы жила в Архангельске. И даже будучи старушкой, всё рвалась в Ошевенск в родную Ширяиху: «Хоть бы раз глазком посмотреть...». Сын Дружинина Александр погиб в Великую Отечественную войну, а второй сын, Николай, ещё жив. В эти годы, годы «прихватизации», этот полковник решил возвратить себе частную собственность отца — просторный деревянный дом. Он подавал в суд. Заявление было рассмотрено, но суд ему отказал.

А мы с председателем сельсовета т. Поповым решили тоже: правильно суд поступил. Не своими мозолистыми руками приобретено богатство и построены дома и магазины. И в своё время правильно поступили Советы, что конфисковали собственность богатеев. Был у Василия Алексеевича младший брат. Но где он теперь и какова его судьба — ничего не известно.

Козырев решил построить рядом с каменным домом небольшую семейную церковь. Она была заложена, возведены стены метра на три. Но... церковь не состоялась. На кирпичной кладке возвели деревянный второй этаж.

В 1927-1930 годах мы часто ходили в Ширяиху. В том полукаменном доме была библиотека, небольшой читальный зал с газетами и журналами, и зрительный зал примерно на 120-130 человек. Там же показывали и кино. Мы, учителя и ученики ШКМ, не раз выступали с концертами и спектаклями в том зале на довольно просторной сцене. Помню, с большим успехом и даже не раз ставили пьесу А. Н. Островского «Бедность — не порок». И в роли Любима выступал наш директор Флегонт Васильевич Куюкин. В тридцатом году в том же зале проходила так называемая «чистка партии», на которой каждый партиец делал отчёт о вкладе в партийную жизнь, рассказывал подробно свою биографию. Мы, комсомольцы, были в числе слушателей. Для нас это было интересно. В конце двадцатых годов магазин работал, но был уже кооперативный. На верхнем этаже каменного дома помещался Ошевенский волисполком. Помню, что нас дважды водила «обществоведка» (преподаватель обществоведения) Анастасия Ильинична Зловидова на экскурсии в волисполком по темам: «Устройство советской власти».

Кажется, в деревянном здании справа находилось отделение милиции. И хоть мы ангелами не были, но с милицией дела никогда не имели.

Мне привелось осенью 1928 года увидеть купца Дружинина. На почте я должен, был получить посылочку с сухарями из дома. Но вошёл рослый, важный старик, с солидными манерами, с небольшой аккуратно подстриженной бородкой, в картузе и хорошем пальто. Почтальон — довольно смешной пожилой мужчина — сразу же забыл обо мне. У него началась угодливая беседа с Дружининым. А я стал невольным слушателем. Было ясно, что ничего хорошего Дружинин для себя уже не ждёт. У него есть связи с заграницей. Он отправлял два письма. Одно — в Польшу, другое — в Бельгию. Дальнейшая судьба Василия Алексеевича Дружинина-Козырева мне неизвестна. По слухам, был он арестован и расстрелян в Талноге.

Т. В. АЖГИБКОВ

Каргополье, 1992, №№ 106-107.


1 От сокращения "ШКМ" - Школа крестьянской молодёжи. - И. Л.

Т. В. Ажгибков






  редактор страницы: илья - Илья Леонов (1987iel@gmail.com)


  дата последнего редактирования: 2020-12-25





Воспоминания, рассказы, комментарии посетителей:



Ваше имя: Ваш E-mail: