Магунов Александр Николаевич

Гефсиманский сад

I

Исход, война, кровь жертв, голодный бунт,

Пророк, законы, принципы, скрижали…

Не все осилят. Пусть они умрут.

Нужны другие. Их уже рожают.


Взобравшись на гору у Иордана,

Увидишь в дымке желтую пустыню,

Над ней песчаные повисли тучи,

Днем воздух раскален, а ночью стынет.

Там за пустыней засинело море.

А где ж страна? Где – древняя страна?

Она прекрасна, но тебе туда нельзя.

Ты не войдешь в нее. Здесь догорит

Костер последний твой. Ты сам сюда пришел.

Ты всех сюда привел. Ты все исполнил.

Приготовься к смерти.


II

Смотреть вокруг спокойно, но пытливо,

И сразу безошибочно узнать

Среди олив – ту самую оливу…

На крошечном пространстве сжато время.

Без дна источник… бесконечных лет…

Зеленый остров на краю Вселенной,

Смешались густо темнота и свет.


Апостолы, прощение, любовь,

Нет жертв – есть жертвенность,

И снова льется кровь,

Но не чужая, а своя. Берите.

Пролейте. Только тихо повторите,

Что вам уже не одиноко здесь,

Что вам не страшно, повторяйте вновь…

Другим передавайте эту весть…


III

А где граница, где она проходит?

По времени идет иль по земле?

По крови предков, чьи пробились всходы?

Цвет глаз? Синеет март, чернеет в ноябре.

Где ветхое внезапно станет новым?


Увы, она непостоянна. Ничего

Нельзя, нельзя завоевать навеки.

В пустыне был ковчег. Но из него

Пропавшие скрижали – камни Мекки.

С утра ветхозаветный иудей,

Ты к вечеру – ни иудей, ни эллин.

Граница – вот она. В твоих руках. Владей.



Магунов Александр Николаевич