Звонок в дверь бабы Кати. Шаркая шлепанцами модели «ни шагу назад, на слабых ногах баба Катя подходит.

- Кто там?

- Сантехника, вызывали?

- Да,да, да, - засуетилась старушка.

Входят два мужика. На плечах висят сумки с инструментами.

- Ну, показывай, бабуля, что у тебя?

- Как это?- вздрагивает бабуля.- А вы кто будете?

- Сантехники мы. Это Сан Саныч, а я – Степа. Не боись, бабуля, все нас знают. Мы уважаемые люди. Ну где там мокнет, капает, течет?

- А, - оживляется бабка, - там, там, - машет она рукой в сторону кухни.

Мужики, громыхая грязными сапожищами по крашеному полу, проходят на кухню. Там стало тесно.

- Ну и что?

- Да, вот, сосед снизу жалуется, что потолок у него на кухне намокает. Как раз против этой раковины.

- И давно?

- Что?

- Жалуется.

- Давно. С лето. Я уж потом не стала лить в раковину, а в тазик. А он говорит, с потолка побелка сыплется.

- Ну, все ясно. Как думаешь, Сан Саныч, что здесь?

- Понятное дело, сливная труба сгнила, надо менять. Дом старый, ремонта сто лет не было. Да-а-а. Работы здесь, бабушка, много.

Мужики опытным глазом прикинули. Подумали, переглянулись, посмотрели на бабку.

- Вообщем, бабулька, дело такое. Вот здесь надо вскрывать пол. Менять трубу, стыковать её с отводом ванны. Для этого надо убирать ванну, - один заглянул в другой отсек. – И титан, и, по-моему, унитаз, потому что все туда идет.

Побледневшая старушка осела на табурет.

- Так как же я? Мне же…!

- Не волнуйся, бабушка, поможем. Это еще не все. Надо, -мужик прикинул в уме, - кусок трубы, сифон, два уголка, еще сифон, отвод, две манжеты, прокладки и т.д. А на складе у нас этого нет.

- Ну и…,- бабулька смахнула передником холодный пот со лба.

- Ну и покупать в магазине все это надо, - подытожил мужик Степа.

- Кому? Кто?

- Кто, кто – ты! Это твоя квартира?

- Моя,- бабка гордо вскинула голову.

- Приватизирована?

- Нет.

- Неважно. Весь ремонт – за твой счет.

- А почему?

- Закон такой, бабулька, ты живешь – ты платишь!

- И…скоко надоть?- старушка приуныла.

- Ну-у-у, около тыщи.

- Скова-а? Да у меня таких денег отродясь не бывало. Пензию принесут, туды-суды, остатки – на хлеб. Может, поменьше? – бабушка просительно посмотрела на мужиков.

- Не-а. Счас цены сама знаешь какие.

- А можа эти… как их, ну, что называли, уголки и другое не надоть? Сосед говорил: «По –легкому можно заделать!». Шланг энтот…как его…гаф…гнутый такой…

- Гофрированный?

- Во-во, он, просунуть через дыру в стене, протянуть под ванной, мимо титана и опустить конец вот в эту дыру. И все обойдется в 100 рублей.

- И все? Во-первых, бабулька, не «дыру», а входное отверстие, а опустить – в сливное колено. Так по науке. Ну а если сосед так думает, то пусть сам и делает. А мы хотели, как положено – по закону, по науке, как учили. Ты подумай, бабушка, а мы пошли. У нас еще заявки есть.

Баба Катя закрыла дверь за мужикам, сунула таблетку под язык, села в кухне на табурет, опустив натруженные, корявые, с опухшими суставами пальцев руки на колени и стала думать:

- Вот ведь какие уважительные мужики. Грамотные, все «грят» по науке, закону. Все объяснили, рассказали. Как их там? Сантехник Сан…

Старушка задремала. И приснилось ей… А что приснилось бабе Кате в канун Нового года, догадайтесь сами.