Волово

www.OnegaOnline.ru Волово Фотогалерея Слайд-шоу
переход:   

 Волово


Волово – округа по обоим берегам Онеги на границе Плесецкого и Каргопольского районов, в 5 км выше устья Кены, до второй половины XX в. включавшая в себя шесть деревень: Королёвскую, Подвязную (Детькину) и Москвитинскую (Наволок) на левом берегу, а также Михайловскую, Исаковскую и Лельмовскую на правом (см. карту в Статистических данных). В настоящее время Воловом чаще всего называют слившиеся в одну деревни Подвязную и Королёвскую (и именно так оно значится в документах и на картах) (1).

Поселения на Волове возникли не позднее середины XVI в.: в Сотной с каргопольских книг письма Микиты Григорьевича Яхонтова 1561/62 гг. впервые упомянуты деревни Каралёвская, Кириловская под вязом, Москвитиновская, Дмитреевская, Исаковская и Лелминская, входившие в то время в состав волости Нижний Бор на Плёсе. Там же, следом за Каралёвской указаны ещё две деревни – Курлевеснья и Наквасинская, которые, вероятно, располагались где-то рядом, ниже по Онеге. В середине XVII в. они уже значились как пустоши, а земельные угодья пахали наездом крестьяне деревни Королёвской (2). В XVIII в. существовала ещё загадочная деревня Пустая Волова, но уже в Ревизской сказке 1811 г. указано, что «в деревне Пустоволовской никого жителей не находится» (3). О местоположении её точных данных нет: на карте Шуберта она отмечена на правом берегу Онеги, на месте д. Ручьевской (но Ручьевская в то время тоже существовала и называлась так же, как и сейчас).

Исторически все деревни Волова тяготели к Плёсу: до конца XVIII в. они относились к Плёсской волости Каргопольского уезда, затем, в конце XVIII начале XIX вв. – к Плёсскому приходу Бережнодубровской вотчины. Но в 1840-х годах воловские деревни вошли в Ряпусовское общество Никольской волости, объединявшее в себе также правобережье Кены и южный берег Кенозера. С образованием в начале 1860-х Быковской волости Волово было включено в её состав на правах отдельного сельского общества. В 1905 г. Воловское общество переведено из Быковской волости в Кенорецкую, и с этого момента Волово становится тесно связано с Кеноречьем. В 1919 г. жители общества пытались выделиться из Кенорецкой волости в самостоятельную Воловскую (4).

Жители воловских деревень были прихожанами Плёсской церкви, которая располагалась в 8 км ниже по Онеге в д. Телегинской (ныне – Вознесенская). В Михайловской сохранилась часовня Покрова Пресвятой Богородицы и св. Космы и Дамиана, построенная в первой половине XIX в., в Москвитинской стояла очень похожая на неё по облику часовня Илии Пророка 1895 г., и, наконец, в Подвязной предположительно была часовня Николая Чудотворца (5). После революции в Волове начали строить собственную церковь, о которой известно лишь из сообщения Кенорецкого волисполкома от 12 августа 1919 г.: "Присовокупляем, что имеется церковь в Воловском обществе, но она недостроена, так как одни стены, крыша и глава" (6). Скорее всего церковь так и не была достроена, так как в более поздних документах никакого упоминания о ней нет. Есть предположение, что располагалась она между Подвязной и Москвитинской и впоследствии сгорела (7).

Подвязная и Королёвская (т. е. Волово в современном понимании) были самыми крупными деревнями: в 1920 г. в них насчитывалось 56 домов и 280 жителей (8). В 2,5 км от деревень, на реке Кене была мельница.

В 1926 г. Волово вошло в состав вновь образованного Кенорецкого сельского совета Каргопольского уезда; с 1929 г. Кенорецкий сельсовет – в Приозёрном районе.

В начале 1930-х гг. в левобережных деревнях создан колхоз «Красный Мыс». Александра и Софья Белкины из д. Подвязной были первыми трактористками в Приозёрном районе. В 1965 г. все колхозы Кеноречья объединены в совхоз «Кенорецкий» (9).

После упразднения Приозёрного района в 1963 г. Кеноречье было присоединено к Каргопольскому району, а с 1965 г. Волово оказалось разделено между районами: левобережные деревни остались в составе Кенорецкого сельсовета теперь уже Плесецкого района, а правобережье отошло к Троицкому сельсовету Каргопольского района. Примерно в это же время опустели деревни Лельмовская и Москвитинская – к нашему времени от обеих осталось по одному развалившемуся дому. Михайловская «продержалась» чуть дольше. Люди уезжали в Кену – в Корякино, Овчин Конец и другие деревни, или же в Конёво. Для левобережного Волова (Подвязной и Королёвской) совхозный период был временем относительного процветания, здесь работала ферма, но 1990-е стали началом конца и для этой деревни.

Ныне постоянных жителей в Волове нет, впрочем, впечатление совсем уж заброшенной деревня не производит. Сохранилось достаточно много добротных домов, впечатляющих своей величиной, и те из них, у которых есть хозяева, поддерживаются в порядке. Некоторые из брошенных домов, покрытые шифером, также сохранились в неплохом состоянии, так что в них можно было бы и жить, если бы нехорошие люди не выпилили полы и потолки, и не разрушили печи ради добычи кирпича.

Дома в Волове стоят в два ряда: первый – по одну сторону улицы, идущей местами по самому краю высокого берега Онеги, откуда открывается живописный вид на окрестности, второй – ближе к полю, на возвышенности. Два дома украшены росписью свесов кровли, на фронтоне одного из них указана дата постройки – 1923 г.; ещё один расписной дом в нижнем конце Волова уже разрушился. В деревне также осталось несколько уже высохших (и довольно опасных) колодцев, выдолбленных прямо в известняке, который здесь начинается на глубине около метра. Верхняя часть их, по-видимому, раньше была укреплена бревенчатыми срубами, которые уже сгнили и обрушились внутрь, так что провалиться туда не составит особой сложности, глубина же колодцев – от десяти и более метров. За деревней - широкие поля, простиравшиеся когда-то на север до самой Кены.

Основные воловские фамилии: Бабины, Белкины, Зыковы, Исаковы, Колосовы, Косопаловы, Ленины, Ломтевы, Мошниковы, Птицыны, Талицких, Теляковы, Тырловы, Шастины, Шехирины.

Илья Леонов.


(1) Впрочем, и более широкое значение топонима «Волово», как названия всей округи, в наши дни тоже в ходу: левобережье иногда именуют «хорошим Воловом», а правобережье, соответственно, «худым». Здесь же речь пойдёт именно о «хорошем Волове», т. е. Королёвской и Подвязной: первая из них соответствует нижнему концу Волова, а вторая – верхнему. Сейчас, правда, уже неясно, где проходила граница между ними. По другой версии, современное Волово - это и есть Подвязная, а от Королёвской ничего не осталось - этот вопрос ещё требует уточнения. Об остальных деревнях см. на соответствующих страницах.

Название «Волово», по мнению краеведа А. В. Мошникова, уроженца д. Москвитинской, происходит от Волова (Воловьего) ручья, впадающего в Онегу с правого берега напротив д. Королёвской (см. его статью «Ломтевы» в рубрике «История в лицах»). На современных картах этот ручей обозначен как речка Талица.

(2) РГАДА.Ф.1209.Оп.1.Д.168.Л.332-333об. Книга переписная (...) Каргопольского уезда переписи Василия Ивановича Жукова, 1648 г. Описание этих деревень см. в Статистических данных.

(3) НАРК Ф.4.Оп.18.Д.29/302. Ревизские сказки государственных крестьян Каргопольского уезда Бережнодубровской вотчины Плёсского прихода.

(4) ГААО.Ф.Р-4548.Оп.2.Д.183.

(5) О существовании Никольской часовни известно только лишь из статьи Н. С. Шайжина «Слава Чудотворца Николая в Олонецкой губернии», опубликованной в № 23 Олонецких Епархиальных Ведомостей за 1908 г. Ни в Клировых ведомостях второй половины XIX в., ни в Страховых оценках 1910 г. она не упоминается, поэтому вероятно, что автор мог перепутать её с какой-то другой часовней.

(6) ГААО.Ф.Р-4548.Оп.2.Д.51.Л.187.

(7) Михаил Ильин сообщает, что один из жителей Волова поведал ему о сгоревшей церкви, которая находилась "по дороге в школу". А Воловская школа размещалась в советское время в деревне Москвитинской.

(8) См. Статистические данные.

(9) Макаров Н. А. Плесецкий район Архангельской области: Энциклопедический словарь. – Архангельск: Правда Севера, 2004. С. 148-149, его же: История земли Плесецкой. – Архангельск, 2012. С. 521.